воскресенье, 25 марта 2018 г.

Самочувствие А. С. Грибоедова накануне поездки в Крым.


Этим днем, 25 марта, датируется увольнение Грибоедова с воинской службы в 1816 г. – «за болезнию», как было указано в паспорте Главного штаба. И если само по себе состояние здоровья писателя-дипломата в данный период его жизни малозначительно, то в свете путешествия в Крым в 1825 г. оно представляет большой интерес.

Из журнала "Русское обозрение" (№ 3, 1895 г.).

Во время службы в Иркутском гусарском полку Грибоедов много раз страдал «простудною нервическою горячкою, от которой последовал в ногах жестокий ревматизм» (С. В. Свердлина), а в 1814 году даже «упал с лошади и разбил себе грудь» (ЛЖТГ), из-за чего начал чувствовать «в оной стеснение и боль» (С. В. Свердлина). Понятно, почему уже в 1815 году, добиваясь своего перевода на гражданскую службу, будущий классик жаловался на «жестокий ревматизм в ногах и боль в груди» (ПССГ, т. 3).

Спустя много лет, 17 октября 1824 года, Грибоедов писал: «…Вот как располагаю собою: отсюдова в Париж, потом в южную Францию, коли денег и времени достанет, захвачу несколько приморских городов, Италию и Фракийским Воспором в Черное море …» (ПССГ, т. 3). На первый взгляд данный маршрут кажется типичным для так называемого «литературного путешествия» либо «культурного паломничества» – по местам, у которых в первой четверти XIX века уже сложилась «определенная «образовательная» репутация» (В. М. Гуминский). Однако это не совсем так.

Планируя свой отъезд в Европу, Грибоедов действительно болел. Во всяком случае, 25 июня 1820 года он писал товарищу: «Болен я жестоко и пишу с удивительным напряжением тела и души» (ПССГ, т. 3). А 20 декабря 1823 года профессор медицины В. М. Воробьевский признавал, что писатель «одержим ревматической болью в груди и кровохарканьем» (ПССГ, т. 3).

Все это значит, что в отпуске для оздоровления «минеральными водами» (ПССГ, т. 3) за границей – как, впрочем, и в Крыму, где на тот момент уже были разведаны лечебные свойства некоторых мест (П. С. Паллас) – Грибоедов и правда нуждался. Неслучайной в этой связи кажется реплика Лизы о Чацком, возможно, имевшая прямое отношение к недугам автора: «Лечился, говорят, на кислых он водах» (ПССГ, т. 1). Интересно и то, что известный поэт К. Н. Батюшков, живший в Крыму с 1822 по 1823 годы, прибыл на полуостров специально для лечения (В. А. Кошелев). А уже в 1824 году с целью купания «в целительной грязи» (В. Е. Якушкин) сюда же собирался приехать и дальний родственник писателя-дипломата П. А. Муханов.

Как видно, самочувствие Грибоедова в канун поездки на Юг оставляло желать лучшего. Будучи следствием прежних болезней и травм, оно беспокоило автора «Горя от ума» и в свете его намерения посетить Крым, уже известного своей целебностью, наполняло поездку 1825 г. добавочным смыслом.


Источник:
Минчик С. С. Грибоедов и Крым. Симферополь, 2011. С. 71–72.






четверг, 15 февраля 2018 г.

Еще одна беседа об А. С. Грибоедове на крымском «Спутнике».


Месяц назад меня пригласили на радио «Спутник в Крыму», чтобы продолжить традицию вспоминать о жизни и творчестве А. С. Грибоедова в день его рождения. На этот раз разговор назначили на 15 января и состоялся он при участии моей бывшей одногруппницы, а ныне журналиста Светланы Разиной. Предлагаю Интернет-пользователям расшифровку его аудиозаписи.


Светлана РАЗИНА

Сегодня 15 января, понедельник. 1795 год, именно в этот день, 15 января родился Александр Сергеевич Грибоедов – русский дипломат, поэт, композитор, статский советник, автор блестящей пьесы «Горе от ума». Человек, сыгравший, наряду с Пушкиным, выдающуюся роль в становлении русского литературного языка. Принадлежал он к дворянскому роду, получил серьезное домашнее образование, и об остальных его вехах исторических, творческих, мы поговорим сегодня с кандидатом филологических наук, доцентом кафедры русской и зарубежной литературы Крымского федерального университета имени Вернадского Сергеем Минчиком. Сережа, привет!

Сергей МИНЧИК

Здравствуй, Светлана! Здравствуйте, уважаемые радиослушатели!

Светлана РАЗИНА

Спасибо, что пришел сегодня к нам. Я знаю, давно ты занимаешься темой Грибоедова…. Грибоедовед, правильно?

Сергей МИНЧИК

Грибоедовед, грибоедовист, грибоедофил, грибоедоман – как угодно!

Светлана РАЗИНА

То есть по-разному можно называть?

Сергей МИНЧИК

Да, нас много!

Светлана РАЗИНА

15 января, вообще, по традиции, конечно, всегда мы вспоминаем этот день – день рождения Александра Грибоедова, и каждый год об этом событии филологическая общественность вспоминает по-разному. В этом году, в 2018-м, каким смыслом будет наполнен данный праздник? Для тебя уж так точно праздник! Для многих просто, может быть, такая дата, когда можно вспомнить какие-то строки из «Горе от ума». А для грибоедоведов, конечно, это праздник большой!

Сергей МИНЧИК

Я даже больше скажу, это праздник больше, чем мой собственный день рождения, потому что в свой собственный день рождения моя голова не занята тем, чем обычно занята голова, когда отмечает свой день рождения Александр Сергеевич Грибоедов, потому что к этой дате постоянно что-то приходится выдумывать. Но мне, например, как не просто человеку, который Грибоедова любит, изучает, а человеку, который администрирует целый сайт, который называется «Грибоедов и Крым». В этом году сайт, который когда-то я создал, он в свою вторую фазу жизни, вторую пятилетку, начинает вступать, он, наверное, единственный сайт в медийном пространстве, который целиком и полностью посвящен именно Александру Сергеевичу Грибоедову. И нельзя не отметить, что за все то время, что я этим сайтом занимаюсь, мне нравится то, как Грибоедовым интересуются люди, читатели моего блога...

Светлана РАЗИНА

Оставляют какие-то сообщения…

Сергей МИНЧИК

Они оставляют сообщения…

Светлана РАЗИНА

… Или видно по посещениям?

Сергей МИНЧИК

… Люди выходят со мной на связь, люди задают вопросы, и я рад, что теперь у людей, собственно, есть возможность, наверное, эти вопросы позадавать. Потому что до того, как этот сайт появился, собственно, в Интернете, об Александре Сергеевиче Грибоедове там и поговорить-то возможности особо не было. Таких вот площадок, платформ для дискуссий, которые были бы посвящены исключительно этому деятелю, я не наблюдал. Это и стало одной из причин, которая меня как бы вынудила, вдохновила этот сайт в свое время открыть.

Светлана РАЗИНА

Грибоедов и Крым – да? Основная тема твоя.

Сергей МИНЧИК

«Грибоедов и Крым». Почему? Потому что я надеюсь на то, что тема «Грибоедов и Восток» будет разрабатываться более подробно другими авторами. Грибоедов и, в широком смысле, литература, она наверняка разрабатывается исследователями литературного процесса. Я подумал, что будет правильно и продуктивно, если мы людей такого калибра, не распыляясь, не пытаясь осмыслить их с точки зрения… Как бы, я сейчас про себя скажу, своих скромных, по сравнению с ним, интеллектуальных способностей. Но вот то, что от нас зависит, тот материал, который мы, более или менее хорошо знаем, крымчане, крымский материал… Театроведы, да, собственно, драматургический какой-то материал…

Светлана РАЗИНА

Ну вообще…

Сергей МИНЧИК

… С разных сторон постараемся «понадкусывать» этого человека и, наверное, как-то плотнее приблизимся к разгадке его личности.

Светлана РАЗИНА

Вот о разгадке. Много ли осталось каких-то этапов в жизни и творчестве Грибоедова, которые еще не изучены и не разгаданы? Ты занимаешься давно этой темой, и научные работы пишешь. С какой стороны еще Грибоедова не разгадали?

Сергей МИНЧИК

Да со всей стороны...

Светлана РАЗИНА

Ведь он, я перечислила: он и поэт, и композитор…

Сергей МИНЧИК

Да, да. есть все это …

Светлана РАЗИНА

… И дипломат, и писатель...

Сергей МИНЧИК

Это все есть, и, казалось бы, что Александр Сергеевич Грибоедов как классик первой величины уже давно заслужил на какое-то место в пантеоне разгаданных, понятых людей. На самом деле не все так просто. Не все просто начинается с самого начала разговора о Грибоедове, потому что, даже когда родился этот человек, мы точно не знаем, и исследователи предполагают...

Светлана РАЗИНА

Да, действительно, по некоторым данным в тысяча семьсот девяностом году, да?

Сергей МИНЧИК

Девяностый…. Там на самом деле очень широкий спектр, потому, что есть и девяностый год, есть девяносто второй год, есть девяносто четвертый год. Потому что в девяносто пятом году, тогда, когда родился Александр Сергеевич Грибоедов, в этот же год родился его младший брат за несколько недель до него. У одного и того же человека с промежутком в одну неделю, два ребенка…

Светлана РАЗИНА

Ну да.

Сергей МИНЧИК

… Едва ли может появиться на свет. Есть версия 1796 и прочее, прочее, прочее... И есть версии, которые говорят о том, почему Грибоедов мог скрывать свое происхождение, но дело даже не только в дате рождения, дело еще и в дате смерти, например. Потому что вот известно об этой трагедии, которая разыгралась тогда в Тегеране в 1829 году. Мы, например, далеко не во всем можем быть уверенными, здесь, комментируя события этой трагедии. Потому что много кто говорит о том, что Грибоедов тогда не погиб, потому, что за несколько мгновений станут… За считанные минуты, за часы до того, как трагедия в Тегеране разыгралась, его предупредили, и находятся устные свидетельства и письменные источники, которые утверждают, что Грибоедова видели на Ближнем Востоке после событий 1829 года. Я, как исследователь …

Светлана РАЗИНА

Ты насколько серьезно …

Сергей МИНЧИК

… Жизни и творчества...

Светлана РАЗИНА

… Рассматриваешь эти версии?

Сергей МИНЧИК

Я, как минимум, не могу их игнорировать. Потому что, если есть версии, их нужно в обороте, в научном, в поле зрения держать и пытаться, как минимум, прокомментировать с точки зрения дискуссионных проблем грибоедоведения. Вот я как исследователь жизни и творчества Грибоедова, могу с уверенностью сказать, что причин, которые бы вынудили его скрыться от этого мира, сбежать от того бремени, которое сопутствовало последним годам его жизни, у него было более чем достаточно. И в этом смысле есть, да, есть смысл сравнивать его с тем же Александром I. Много кто говорит о том, что Александр I не погиб в 1825 году, точнее не умер, а скрылся в образе Федора Кузьмича. Но вроде, казалось бы, Императору, у которого все есть, всемогущий человек, правитель, зачем ему прятаться от людей. И у Грибоедова, и у Александра I были проблемы, были внутренние разлады, решить которые, преодолеть которые можно было только в уединении. Люди, которые находятся на острие процессов общественных, политических, они иного выхода не имеют, кроме как сбежать, в прямом смысле, инспирировав собственную смерть – путь все думают, что вас нет, вы займетесь вопросами душевного развития, самовыражения. Грибоедов все-таки был в первую очередь, наверное, натурой тонкой, а не государственным деятелем. Все остальное, это то с чем ему приходилось вынужденно иметь дело.

Светлана РАЗИНА

А есть продолжатели работы над творчеством Грибоедова…

Сергей МИНЧИК

У меня, в смысле, дети?

Светлана РАЗИНА

…В Крымском федеральном университете?

Сергей МИНЧИК

Нет, в Крымском федеральном университете продолжателей нет. В Крыму продолжателей, уже какой год подряд, тоже нет…

Светлана РАЗИНА

Почему не интересуются студенты?

Сергей МИНЧИК

А почему не интересовались тогда же, когда к этой теме приступил я? Грибоедов считался, и до сих пор считается, то, что называется homo unius librа – «человек одной книги». Ну, казалось бы, «Горе от ума» и все. Вот о чем говорить? Филолог он же любит поговорить об образах…

Светлана РАЗИНА

Да!

Сергей МИНЧИК

… Единицах художественной образности. Чем больше этих персонажей, тем лучше, чем больше этих книг, тем лучше, тем интереснее вырисовывается разговор. А когда всего одна книга, но о чем тут поговоришь? Грибоедов считался разгаданной величиной на этом небосклоне писателей уже в советское время. В постсоветское время ...

Светлана РАЗИНА

Но ты сказал, что еще все-таки загадок много! Ну не только ты..?

Сергей МИНЧИК
Так получилось, что до Грибоедова руки не доходили, вплоть до того, пока к этой теме приступал я в начале двухтысячных годов. После того, как идеологические основы литературоведения, вместе с крахом советской системы, они отошли на задний план, людей начали переосмысливать. Пушкин перестал быть революционером, его стали изучать с точки зрения его религиозных и философских каких-то основ. Гоголь перестал быть революционером тоже, стали пытаться его переосмыслить. У нас была возвращенная литература, у нас была литература русской эмиграции, у нас были все те авторы, которых в советское время не модно было изучать или, если они изучались, они изучались не так. Ну куда там Грибоедов? Казалось бы – «Горе от ума»? Ну Чацкий, ну декабристы! И так все на поверхности.

Светлана РАЗИНА

Изучили быстренько и пошли дальше!

Сергей МИНЧИК

А, оказывается, Грибоедов – это величина, который в процессе своей эволюции прошел очень многое... И его, не Пушкина, очень много кто называл, его, а не Пушкина, умнейшим человеком России. Человек действительно разорван был между самыми разными векторами профессиональной деятельности, и он, конечно… Крымский материал тоже помогает здесь очень хорошо познать и понять его, в самых разных проекциях его многогранной личности.

Светлана РАЗИНА

Вот подошли мы уже к теме Грибоедова и Крыма. Он путешествовал по Крыму в 1825 году и были написаны произведения в Крыму. Правильно я сейчас…?

Сергей МИНЧИК

Было такое, да...

Светлана РАЗИНА

Было такое? Если можно, более подробно, что это за произведения, во-первых, а во-вторых, под впечатлением от путешествия на полуостров, это творчество исходило от писателя, да? Актуальны ли эти произведения в наши дни, и это интерес для узкого круга специалистов или для широкой общественности также?

Сергей МИНЧИК

Весь Грибоедов, все-таки, принадлежит всем! Потому что мы начали разговор с того, что он и композитор, и драматург, и писатель, и поэт, и дипломат. Поэтому здесь даже, понимаете, если взять, если согласиться с такой постановкой вопроса, то «узкий круг специалистов» в грибоедоведении, он настолько широк, что он шире намного, чем «узкий круг специалистов» в том же, я не знаю, в той же «пушкинистике». Потому, что Грибоедов – это еще … И историки его любят, и этнографы, и филологи, и ...

Светлана РАЗИНА

Политологи, наверное!

Сергей МИНЧИК

... И театроведы, и искусствоведы, и политологи, и конфликтологи, и социологи, философы. Поэтому здесь, здесь, наверное, все-таки не очень узкий круг таких специалистов…

Светлана РАЗИНА


Я думаю, и математики тайком тоже читают Грибоедова по вечерам!

Сергей МИНЧИК

А Грибоедов учился на математическом факультете, кстати говоря…

Светлана РАЗИНА

Тем более!

Сергей МИНЧИК

... Тем более он по образованию, да и юристом отчасти был. Здесь есть, где развернуться, и, конечно, это не лишь «узкий» интерес. Во-первых, Грибоедова интересно читать, начнем с этого...

Светлана РАЗИНА

Но что это были за произведение написанные в Крыму?

Сергей МИНЧИК

В Крыму Грибоедов однозначно написал крымский дневник, который не был опубликован при жизни Грибоедова, и он для публикации если и предназначался, то после основательной доработки. Но даже этот крымский дневник вроде, казалось бы, написанный для себя. Но это просто интересно читать! Потому что Грибоедов, во-первых, это человек с сатирическим умом. «Горе от ума» – это действительно интересно, на одном дыхании книга читается. Представьте, что человек, с которым просто интересно общаться, пишет крымский дневник. Море всего того, что Грибоедов написал о Крыме в 1825 году на страницах своего дневника, его уже нет! Просто – элементарно узнать, каким был Крым тогда, 180, больше, 190 лет назад, откройте крымский дневник! Поэтому с точки зрения такого задора какого-то, да, можно и нужно это читать. Но там же еще есть много контента, который спрятан между строк, который спрятан между слов. И здесь о других произведениях есть смысл говорить, которые либо под впечатлением о крымском путешествии были написаны, либо уже начинали писаться в Крыму. Я установил, и это как бы продукт моего, моей какой-то интеллектуальный рефлексии над материалом биографическим Грибоедова, что под впечатлением от крымского путешествия им было написано произведение «Хищники на Чегеме».

Светлана РАЗИНА

О чем?

Сергей МИНЧИК

Вот говорят о том, что «Горе от ума»…

Светлана РАЗИНА

… Не все, наверное, читали.

Сергей МИНЧИК

Не все знают потому, что считается, Грибоедов – автор одного произведения. Не одного, «Горе от ума» было ярким и великим произведением, стало хрестоматийным... А «Хищники на Чегеме» тогда, когда написал это произведение о горцах, о Кавказе, о колонизации царской армией народов Северного Кавказа… Это произведение стало лучшим сочинением о Кавказе, потому что в то время, в эпоху расцвета романтического искусства, Кавказ становился предметом внимания целого ряда поэтов-романтиков. То, как Грибоедов написал о Кавказе, о Кавказе не писал никто. Потому что он написал это стихотворение с точки зрения горца, сидящего на горе и наблюдающего за тем, как из страны долин, равнин и лугов приходит большая армия для того, чтобы изменить сложившийся столетьями, да не справедливый, дикий, с точки зрения эпохи Просвещения, да безнравственный, с точки зрения системы ценностей, возможно даже общечеловеческих, православных, но уклад жизни, к которому эти люди привыкли. Ну, они торговали людьми, потому, что так было принято. Пришла армия и заставила их мыслить по-другому. «Хищники на Чегеме» …

Светлана РАЗИНА

Все это описывается?

Сергей МИНЧИК

Это все рассказывается от лица горца и вы, читая это стихотворение, понимаете, почему там, в XIX веке, воспринималась эта действительность так двусмысленно, почему там, на Кавказе, почему долго не могли принять этот царский колониальный режим. Там и война, на Кавказе, она закончилась только в шестидесятых годах XIX века. Книга о том, вот эта, «Хищники на Чегеме», произведение о том, что люди должны других уважать, это важный смысл...

Светлана РАЗИНА

Как актуально, да?

Сергей МИНЧИК

И народы должны друг друга тоже уважать, хотя бы как минимум, пытаться друг друга понять с точки зрения каких-то культурных смыслов и прочее, прочее, прочее. Важно, третий момент, потому что дневник крымский, об этом мы сказали, стихотворение «Хищники на Чегеме», об этом мы сказали. Древнерусский триптих по истории Средневековой Руси – Грибоедов именно же в Крыму размышлял над планом трагедии величественной о Крещении Руси князем Владимиром I. И если постараться все упоминания о драматургических замыслах Грибоедова выстроить в определенной последовательности, после «Горе от ума», Грибоедов отказывался от комедийного жанра, он на своем пути эволюции драматурга, он становился трагиком, он становился автором монументальных поэтических сценических произведений, в центре внимания которых были судьбы отечества, а не отдельно взятых людей. Мы упрощаем Грибоедова, пытаясь дать ему характеристику лишь как автору «Горе от ума». Это был человек уровня Шекспира. И, кстати говоря, Шекспира боготворя, в известном смысле этого слова, к Байрону относясь более прохладно, Грибоедов повторял его путь. Шекспир в условиях гражданского противостояния в Англии пытался вернуть людей к истокам, доказав, что у Англии есть история, которую не надо забывать. Забывая историю, мы разрываем эту связь…

Светлана РАЗИНА

Сережа…

Сергей МИНЧИК

… Между поколением нынешним и прошлым. Грибоедов – то же самое, жил в похожие времена в XIX веке, и он пытался вернуть читающую публику России к истокам.

Светлана РАЗИНА

Так все-таки влияние Крыма помогает понять Грибоедова как писателя, поэта, как политического деятеля?

Сергей МИНЧИК

Политического деятеля...

Светлана РАЗИНА

Дипломата, лучше ...

Сергей МИНЧИК

Лучше…

Светлана РАЗИНА

Вообще, или как человека его больше понять.

Сергей МИНЧИК

Лучше, потому что …

Светлана РАЗИНА

Сколько он, три месяца, да, путешествовал по Крыму?

Сергей МИНЧИК

Да, он три месяца... Он собирался, кстати, всего на три недели приехать, а тот факт, что он задержался…

Светлана РАЗИНА

Ага, значит он задержался?

Сергей МИНЧИК

... В прямом смысле. Дневник-то как раз-таки описывает те три недели его путешествия, которые он собирался провести в Крыму. Нам не совсем понятны причины, которые его задержали. И я могу о них только догадываться, предполагать и как исследователь в качестве какой-то гипотезы излагать свои версии на страницах своих публикаций. Но как бы то ни было, факт остается фактом, да – вот все остальное, это гипотеза.

Светлана РАЗИНА

Планировал пробыть три недели...

Сергей МИНЧИК

А факт остается фактом: три месяца. Планировал пробыть три недели…

Светлана РАЗИНА

Пробыл три месяца.

Сергей МИНЧИК

Пробыл три месяца. Это очень круто для человека, который торопится к месту своей службы. Он ехал из столицы на Кавказ, в штаб генерала армии, главнокомандующего войск на Кавказе Алексея Петровича Ермолова...

Светлана РАЗИНА

Что здесь произошло за эти три месяца…

Сергей МИНЧИК

Здесь, понимаете, этот крымский…

Светлана РАЗИНА

… Кардинально?

Сергей МИНЧИК

Наша крымская грядочка, она, как маленький элемент большой системы. Ведь чем система отличается от просто от матрицы? Матрица – это стихийный набор каких-то элементов, они просто сгруппированы, в кошелке в одной лежат, и ничего, а в системе каждый элемент на своем месте, и он несет на себе, элемент этой системы, признаки. Возьмете вы этот элемент, посмотрите, как стеклышко, на солнечный свет, и в нем вся система сосредоточена. Вот крымский материал берешь, пытаешься посмотреть, казалось бы…

Светлана РАЗИНА

То есть Крым все-таки это элемент?

Сергей МИНЧИК

Да, эти три месяца, пытаешься на свет, на свету с ними поработать, а там весь Грибоедов. И хочешь узнать о Грибоедове – изучи его крымское путешествие. Потому что часто-густо в советские времена говорили: Грибоедов революционер почему – а здесь в Крыму он же виделся с декабристами. Как оказывается, во-первых, не с декабристами, потому что те люди, которых советская наука обзывала декабристами, таковыми не являлись. Более того, не доказано что, например, с тем же Мицкевичем Грибоедов в Крыму виделся. Версия популярная, версия, любимая поляками, особенно советологами, советскими литературоведами. Но, если они в разное время были в Крыму, да, в один год, но в разное время? Грибоедов виделся здесь не столько с революционерами, вернее он не виделся здесь с революционерами. У нас остались источники … позволяют нам воссоздать круг общения людей и эти люди занимались не революционной деятельностью, во-первых, ...

Светлана РАЗИНА

Но политической?

Сергей МИНЧИК

Даже не политической. Во-первых, это люди были хозяйственники, потому что он здесь обошел целый ряд помещиков, которым было, что показать, и которые могли похвастаться результатами своей хозяйственной работы, положительными результатами. Это Боде, это был Бороздин, это было семейство Офрейн, которые преуспели в деле облагораживания природы, использования крымских недр. Грибоедову как государственнику интересно было, что делать, понимаете, с природой. Вот Крым к тому-то времени, он 40 лет как только колонизирован был. Это ж чужая территория… Пришли помещики и они начинали с нуля. Изменить страну можно, подсмотрев опыт тех людей, кто на местах столкнулся с проблемой преображения этой стихии и ее продуктивной колонизации. Грибоедов тем же самым, чем эти помещики занимались в Крыму, он занимался на Кавказе. Пришла русская армия, русская администрация на Кавказ, дикий, не приспособленный, чужой, разный, нужно было что-то делать. Заручитесь, что называется, местных деятелей опытом и, наверное, многие проблемы можно будет решить. И самое главное, в Крыму Грибоедов виделся, причем очень долго и очень часто, как будто бы целенаправленно, с религиозными деятелями. Ведь никто не знает…

Светлана РАЗИНА

О чем это говорит?

Сергей МИНЧИК

Мало кто знает о том, что в Крыму активно работала, в том числе в Крыму, миссия Ирландского и Шотландского библейского общества. Это были протестанты и католики, соответственно, которые занимались христианизацией мусульманских народов. Они делали это за свой собственный счет, и в Крыму у них была миссия, которую возглавлял крымский татарин, которого звали Александр Иванович Султан Кадигирей Крымгиреев. Он потомок царской династии… султанской … ханской династии Гераев, который принял в детстве крещение, стал протестантом и там, побывав в Великобритании, собрал деньги для того чтобы в Крыму построить первую христианскую духовную семинарию для крымских татар! Никто же не знает о такой истории, этот человек не раз упоминается Грибоедовым в дневнике...

Светлана РАЗИНА

То есть они виделись, встречались?

Сергей МИНЧИК

Они виделись, они общались, они трижды совершали путешествия в окрестностях Бахчисарая. Люди, которые вместе с Султаном были... Один из них Джеймс, который был христианизирован, кавказцем, темиргоем по национальности, принявшим тоже крещение и крестившимся с именем Джеймс... Они были спутниками Грибоедова последние три дня его путешествия. Вот задокументировано в дневнике. Все это указывает на интерес и к вере Грибоедова, разумеется, и самое главное – интерес Грибоедова к этим разным инструментам христианизации в узком смысле и в широком смысле колонизации исламских народов.

Светлана РАЗИНА

Интереснейшая тема, вот так, наверное, сразу если не углубиться, то и не подумаешь, какие серьезные вопросы решались здесь Грибоедовым в Крыму. Буквально несколько минут у нас остается, не могу не спросить. Занимаясь давно темой Грибоедова, были идеи у тебя о том, чтобы увековечить память великого писателя в Крыму, в тех местах, где он жил, находился, путешествовал. Как, как эти идеи развиваются?

Сергей МИНЧИК

Да, да, да, это, кстати говоря, в продолжение первого вопроса: каким смыслом…

Светлана РАЗИНА

В продолжение первого вопроса в завершение эфира!

Сергей МИНЧИК

Мы первым вопросом завершаем нашу встречу: «Каким смыслом наполнены будут события в грибоедоведении в 2018 году». Мы продолжим, слава Богу, заниматься разработкой проекта «Грибоедовский сквер», который предполагает организацию, установку, строительство зоны досуга и отдыха в Симферополе в районе гостиницы «Москва», на берегу реки Салгир, близ Центрального автовокзала. Я рад, что этой темой наш городской совет Симферопольский продолжает активно заниматься. Несмотря на то, что администрация городская меняется, и я очень рад тому, мне весной буквально минувшей, не очень давно, показывали проекты, с которыми инвестор приходит, для того, чтобы поучаствовать в строительстве этого Грибоедовского сквера. Потому что когда-то мы думали, что было бы здорово: вот государство даст денег, мы построим сквер, построим памятник. А задали вопрос люди знающие: а содержать потом кто это будет? У нас куча государственных объектов, которые в запустение пришли только потому, что содержать некому. Решили остановиться на таком варианте: содержать будет инвестор, его мы пустим в Грибоедовский сквер, ему разрешим заниматься там хозяйственной деятельностью. Я видел эти проекты, один из инвесторов принес удивительную картинку Он готов установить на территории этого сквера тематический ресторанчик в форме рояля двухэтажного, это будет первое такое авангардное сооружение – все, что будет в этом Грибоедовском сквере, все будет тематическим. Это один из проектов, таких, я думаю, вариантов будет много, выберем самый лучший.

Светлана РАЗИНА

Ну что ж – успехов в их реализации! Спасибо большое за то, что пришел сегодня к нам в студию. Кандидат филологических наук, доцент кафедры русской и зарубежной литературы Крымского федерального университета имени Вернадского Сергей Минчик был у нас в гостях, говорили мы о дне рождения великого писателя Грибоедова. И в завершение давай уже несколько слов из знаменитого монолога Чацкого: «А судьи кто? За древностию лет к свободной жизни их вражда непримирима…». Очень там и о Крыме встречаются… Почитайте, перечитайте! Я думаю, вы вспомните школьные годы, захотите вновь перечитать данное произведение. Сереж, спасибо большое!

Сергей МИНЧИК

Спасибо, Светлана, спасибо радиослушатели!


Источник:
http://cfuv.ru/news/v-simferopole-sozdadut-griboedovskijj-skver




воскресенье, 14 января 2018 г.

Первая газетная статья о поездке А. С. Грибоедова в Крым.














Этим днем датируется выход в свет выпуска № 10 газеты «Красный Крым» за 1945 год, сразу несколько материалов в котором оказалось приурочено к стопятидесятилетию со дня рождения А. С. Грибоедова. Одним из них стал краеведческий очерк литературоведа и критика Владимира Семеновича Вихрова, повествующий о поездке писателя-дипломата в Полуденный край. Изданная спустя несколько месяцев после освобождения полуострова Красной армией, эта работа стала третьей из числа известных на сегодня публикаций, которые целиком посвящены визиту Грибоедова в Крым, и первой статьей по данной теме, появившейся на страницах газет. С удовольствием предлагаю ее полный текст читателям моего блога.

* * *

ГРИБОЕДОВ В КРЫМУ

В недавно вышедшем однотомнике произведений Грибоедова напечатан путевой дневник писателя о Крыме, извлеченный из старых изданий, давно ставших библиографической редкостью. Записи, сделанные Грибоедовым в его «Черновой тетради» во время путешествия по Крыму в июне – сентябре 1825 года, представляют немалый интерес. Они казались любопытными самому Грибоедову, именно о них он писал своему близкому другу С. Н. Бегичеву из Симферополя.
«...Я объехал часть южную и восточную полуострова. Очень доволен моим путешествием, хотя здесь природа Кавказа все представляет в сокращении : нет таких гранитных громад, снеговых вершин Эльбруса и Казбека, ни ревущего Терека, ни Арагвы ... Зато прелесть моря и иных долин, Качи, Бельбека, Касипли-Узеня и проч., ни с чем сравнить не можно. Я мои записки вел порядочно; коли не поленюсь, перепишу и пришлю тебе...»
Возможно, что Грибоедов намеревался перебелить и напечатать эти записки, как были ранее напечатаны «Письмо из Брест-Литовска» и тифлисские заметки. Однако, крымские записи остались в «Черновой тетради».
Грибоедов живо интересовался историей Тавриды задолго до своей поездки. Он читал древних географов, изучал летописи, делал выписки. В своих записках о Крыме поэт ссылается то на Страбона, то на Нестора-летописца, то на труды Палласа, ученого путешественника XVIII в., то на «красноречивые страницы» книги И. М. Муравьева-Апостола «Путешествие по Тавриде в 1820 году», то на Историю государства Российского Карамзина.
Поэта привлекала романтическая старина Крыма, его археологические и этнографические загадки, судьба древней русской Тмутаракани, походы славянских дружин на Херсонес и Царьград. Таврический полуостров казался Грибоедову колоссальным естественным музеем памятников народов, некогда населявших полуденный край – скифов, греков, римлян, генуэзцев… Когда представился случай посетить Крым, поэт не замедлил им воспользоваться.
Его путь снова лежал из Петербурга на Восток. Надо было возвращаться на Кавказ, в штаб Ермолова, где Грибоедов служил дипломатическим секретарем. Грибоедов избрал на сей раз кружной маршрут – через Киев и Крым.
… Утром 18 июня 1825 года Грибоедов на перекладных подъезжал к Симферополю. В те времена Симферополь был маленьким городком, Грибоедов его слуга Александр Грибов долго плутали по кривым, намощенным улочкам, пока не добрались до гостиницы «Афинской», которая находилась на Салгирной улице (ныне Кирова).
В этой гостинице Грибоедов прожил несколько дней, здесь он виделся со своими старыми знакомыми – декабристами М. Ф. Орловым и Н. Н.Оржинским.
По свидетельству А. Н. Муравьева, путешественника и литератора, Грибоедов в Симферополе был замкнут и недоступен и всячески избегал новых знакомств. «Моя поездка, – пишет Муравьев, – дала мне случай познакомится с знаменитым автором «Горе от ума». Объехав весь Южный берег, я остановился на несколько дней в Симферополе, в то самое время, как был там Грибоедов, и даже в одной с ним гостинице. Однако, сколько я ни желал с ним сойтись, мне говорили, что он недоступен для всех… Случилось однажды ночью, что, встревоженный страшным сном, я громко вскрикнул, и на этот крик вбежал ко мне из соседнего номера сам Грибоедов. Тут только мы увиделись и сейчас же сошлись, по самой странности нашего знакомства». 
Сам поэт по иному рисует свою симферопольскую жизнь. «Еще игра судьбы нестерпимая, – пишет Грибоедов в письме к С. Н. Бегичеву – весь век желаю где-нибудь найти уголок для уединения, и нет его для меня нигде. Приезжаю сюда, никого не вижу, не знаю и знать не хочу. Это продолжалось не долее суток, потому ли, что фортепианная репутация моей сестры известна, или чутьем открыли, что я умею играть вальсы и кадрили, ворвались ко мне, осыпали приветствиями, и маленький городок сделался мне тошнее Петербурга. Мало этого. Наехали путешественники, которые знают меня по журналам: сочинитель Фамусова и Скалозуба, следовательно, веселый человек. Тьфу, злодейство! Да мне не весело, скучно, отвратительно, несносно!.. И то не правда, иногда слишком ласкали мое самолюбие, знают наизусть мои рифмы, ожидают от меня, чего я, может быть, не в силах исполнить; таким образом я нажил кучу новых приятелей, а время потерял, и вообще утратил силу характера, которую начал приобретать на перекладных». 
И эта картина, пожалуй, вернее. Комедия, законченная 1824 году, быстро распространилась в сотнях списков, ее строки были у всех на устах, сам Муравьев говорит о том, что он «часто повторял перед ним (Грибоедовым) целые из нее тирады». Как в Москве и Киеве, так и в Крыму, «сочинитель Фамусова и Скалозуба» всюду был желанным гостем, его окружал рой поклонников и поклонниц. 
На рассвете 24 июня Грибоедов выезжает к Аянскому источнику. Этим днем помечена первая запись в крымском дневнике. В течение трех недель (24 июня – 12 июля 1825 г.) поэт день за днем заносит в дневник свои впечатления о Южном береге Крыма, Феодосии, Севастополе, Бахчисарае. Грибоедов исколесил почти весь полуостров. Несколько раз поднимался он на Чатырдаг . 
«Поднимаемся на самую вершину, – записывает Грибоедов. – У самого верхнего зубца нас захватывают облака, – ничего не видать, ни спереди ни сзади, мы мокрехоньки, отыскиваем пристанища. Розовая полоса над мрачными облаками, игра вечернего солнца; Судак виднеется в дали; корабли в Алуште будто на воздухе; море слито с небом. Попадаем в овчарню на восточной вершине, обращенной лицом к югу. Сыворотка, холод, греюсь, ложусь на попону, седло в головах… Ночью встаю, луна плавает над морем между двух мысов. Звезда из-за черного облака. Другая скатилась надо мною. Какой гений подхватил ее?» 
Дневник поэта трудно пересказывать, его нужно читать. Каждая из заметок пленят своей тонкой наблюдательностью, овеяна восхищением перед красотой крымских пейзажей, перед «огромным великолепием морем». В крымском дневнике Грибоедова перед нами вырисовывается облик не обычного туриста, а внимательного художника, историка, археолога, которому дорог даже мелких штрих быта, любая подробность истории незнакомого края.
Грибоедов с жадным вниманием осматривал исторические памятники, измерял развалины древних построек, с увлечением строил археологические и этнографические догадки. Только что приехав в Феодосию, он спешит к сольдайским (судакским) руинам. 
«Мирно и почтительно взошел я на пустырь, – пишет поэт Бегичеву, – обнесенный стенами и облаками башен, цеплялся по утесу, нависшему круто в море, и бережно взобрался до самой вершины, и там башня и свод уцелели. С Чатырдага вид пространнее, но нет признака, чтобы там люди живали (чтобы) усел город, чтобы стекались в него купцы и странники изо всех частей света, чтобы, наконец, он взят был на щит рассвирепевшим неприятелем, и груды камней одни бы свидетельствовали о прежней величавой его жизни. Здесь это все есть… Я перебирал мысленно многое, что слыхал и видел…».
Так бережно, почти благоговейно относился Грибоедов к «фантастическому городу» Херсонесу и Инкерману, ко всему, что свидетельствовало о седой старине полуострова, о жизни народов, сменявших друг друга в Тавриде.
Во второй половине июля Грибоедов возвращается в Симферополь, поселяется в Саблах, в имении А. М. Бороздина, одного из пионеров культурного виноградства в Крыму, и живет тут почти два месяца, только изредка наезжая в город.
Об этом периоде жизни писателя сведений сохранилось мало. Известно только, что в Саблах Грибоедов пробовал писать, задумал план пьесы, к сожалению, до нас не дошедший, много читал, кропотливо собирал исторические сведения о Крыме, частично оставшиеся в его «Черновой тетради». 9 сентября писатель выехал из Симферополя в Керчь, и через несколько дней был уже на Кавказском берегу.
Крымский дневник и письма остались в русской литературе, как драгоценное свидетельство интереса и любви Грибоедова к Крыму – «прелестнейшему уголку» нашей страны.

В. Вихров

Источник:
«Красный Крым». 1945. № 10. 14 января. С. 3.






среда, 25 октября 2017 г.

Грибоедоведческие разыскания профессора В. И. Филоненко.


25 октября 2016 года свою работу завершила II Междисциплинарная научно-практическая конференция молодых ученых «Академик Вернадский». По итогам мероприятия в свет вышла книга с тезисами докладов его участников – включающая и статью о роли грибоедовианы в творчестве краеведа Виктора Иосифовича Филоненко. Предлагаю вниманию интернет-аудитории ее полный текст.


* * * 

УДК 821.16.1-992.09 (Грибоедов)

Грибоедоведческий материал в личном архиве В. И. Филоненко.


Минчик Сергей Сергеевич,
кандидат филологических наук, доцент кафедры русской и зарубежной литературы ФГАОУ ВО «Крымский федеральный университет имени В. И. Вернадского» (г. Симферополь).

sersermin@ukr.net

Аннотация. Именитый специалист по Востоку, В. И. Филоненко опубликовал несколько статей, посвященных А. С. Грибоедову. Но все ли из того, что было им написано о создателе «Горя от ума», напечатано и какое место в наследии ученого занимает грибоедовская тема? Ответы на эти вопросы составляют основу данного исследования. Его результаты опираются на материалы из личного фонда Филоненко (Р-3864), который хранится в Государственном архиве Республики Крым (ГАРК).
Ключевые слова: грибоедовистика, литературное крымоведение, архивоведение, история науки, ориентология.


Виктор Иосифович Филоненко (1884–1977) является одним из самых почитаемых востоковедов СССР. Подтверждением его авторитета можно считать исследования, посвященные лингвисту-ориентологу. В наши дни их количество уже исчисляется десятками, что подчеркивает актуальность каждой новой статьи об этом деятеле науки.
С 1915 по 1935 гг. Филоненко жил и трудился в Крыму. Помимо работ на языковедческую и этнографическую тематику в это время он также писал о русских классиках, связанных с Востоком.
Один из таковых – литератор и дипломат А. С. Грибоедов, служивший на Кавказе и в Персии. Его путешествию в Тавриду в 1825 году Филоненко посвятил отдельную работу. Став первым изданным трудом по данной теме [3, с. 19, 20], исследование «Грибоедов в Крыму» (1927 г.) в течение нескольких десятилетий также будет оставаться и самым полным ее изложением. Доказательство тому – репутация статьи Филоненко. В 1958 году предложенную в ней фактографию власти используют в качестве основания для решения увековечить имя классика в Симферополе [1, с. 103–104].
Названный труд не был единственной публикацией Филоненко о создателе «Горя от ума». Спустя три года после его выхода в свет ученый напечатает статью «Грибоедов и Восток» (1930 г.). Впрочем, и это далеко не все. В 1969 году крымовед А. И. Полканов напишет Филоненко о некоторых деталях уже своей работы над грибоедовской темой (см. сб. мат-лов II Конференции «Дни науки Крымского федерального университета им. В. И. Вернадского», 24 – 28 октября 2016 г.) – как будто в продолжение тех разговоров, которые неоднократно велись исследователями в свете их общих интересов.
Приведенные факты ставят вопрос о том, какое место в творческом наследии Филоненко принадлежит автору «Горя от ума». При этом точным и развернутым его решение может оказаться лишь при условии работы с личным архивом востоковеда, который в 1986 году перевезли из Пятигорска в Симферополь [2, с. 56].
Цель данного исследования – охарактеризовать роль грибоедовского материала в деятельности Филоненко, опираясь на содержание фонда Р-3864 в ГАРК.
Личный архив Филоненко представлен 511 единицами хранения. В большинстве из них сосредоточены научные и научно-популярные работы автора (№ 1–132). При этом, если сам Филоненко известен, в первую очередь, как языковед-ориентолог, его разысканий собственно на лингвистическую и востоковедческую тематику в фонде Р-3864 немного: они хранятся в 27 и 29 делах соответственно. Прочие же работы исследователя посвящены именно художественной литературе и сведены в 79 (!) единиц хранения.
Труды Филоненко о мастерах слова, хранящиеся в фонде Р-3864, охватывают период от античности до новейшего времени. Большая их часть обращена к фигурам русских авторов XIX века: И. А. Крылова, В. А. Озерова, К. Н. Батюшкова, А. С. Грибоедова, А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, Н. В. Гоголя, А. В. Кольцова, А. Ф. Писемского, В. Г. Белинского, А. И. Герцена, П. Я. Чаадаева, С. Т. Аксакова, Ф. И. Тютчева, И. С. Никитина, Н. А. Полевого, И. И. Панаева, Н. А. Некрасова, Н. Г. Чернышевского, И. С. Тургенева, М. Е. Салтыкова-Щедрина, Д. Н. Мамина-Сибиряка, Ф. М. Достоевского, Л. Н. Толстого и А. П. Чехова. Но есть среди работ Филоненко и такие, где говорится о деятелях русской литературы других периодов: XVIII века (А. Д. Кантемире, М. В. Ломоносове, А. П. Сумарокове) и послереволюционных лет (Максиме Горьком, В. В. Маяковском, Ф. В. Гладкове, Ф. И. Панферове). Написаны исследователем и статьи об иноязычных авторах (Овидии, Горации, Шота Руставели, Низами, Т. Г. Шевченко, Марко Вовчок и Сулеймане Стальском).
Среди единиц хранения с трудами Филоненко собственно Грибоедову посвящены сразу несколько архивных дел: № 67, 76 и 99. В них представлены три сочинения автора за 1950 и 1954 годы. На страницах этих работ исследуется роль «Горя от ума» в развитии русской словесности («К вопросу о литературных влияниях. Лермонтов и Грибоедов»), рассматриваются причины убийства классика («Гибель А. С. Грибоедова») и характеризуется речь писательских персонажей («Язык действующих лиц комедии Грибоедова "Горе от ума"»).
Материалы, которые отбирал Филоненко при подготовке своих научных и научно-популярных работ, в фонде Р-3864 сгруппированы отдельно – в делах № 133–196. Они также свидетельствуют о том, что приоритетное место в его творчестве занимало не языкознание с этнографией. Более половины этих документов касается именно литературы. Впрочем, соответствуют статьям Филоненко они не во всем. Помимо прочего, есть среди этих материалов и такие, которые связаны с именами Афанасия Никитина, Алишера Навои, Адама Мицкевича, Г. Ф. Квитки-Основьяненко, А. Н. Островского, Г. И. Успенского, Д. И. Писарева, П. И. Добротворского, В. Г. Короленко, Демьяна Бедного, А. И. Куприна, И. Г. Эренбурга и П. А. Павленко.
Как и в других разделах фонда Р-3864, здесь писатель-дипломат фигурирует не единожды. Помимо «Выписок из источников о языке комедии А. Грибоедова "Горе от ума"» (д. 151) в этой связи следует упомянуть «Материалы периодической печати об А. С. Грибоедове» (д. 173), которые включают и ставшую хрестоматийной публикацию Полканова в газете «Крымская правда» за 1970 год.
Не менее любопытен в фонде Р-3864 и корпус дел, где объединены работы, присланные Филоненко на отзыв. Из всего 13 единиц хранения литературной тематике здесь так же посвящены более половины. Среди них – статья Н. Саркисова «Об одном из неосуществленных замыслов А. С. Грибоедова» за 1950 год, в которой говорится о драме «1812» (д. 495). Данный материал, хотя и был написан студентом в жанре курсовой, представлял особую ценность для Филоненко (по-видимому, в части избранной темы), в связи с чем исследователь и хранил его среди личных бумаг до конца жизни.
В свете изложенного можно сделать следующие выводы. Истинная роль литературоведения в системе научных интересов Филоненко была явно больше, чем принято считать. При этом среди русских классиков, чья жизнь и творчество привлекали внимание ученого, создателю «Горя от ума» принадлежало особое место. Им Филоненко интересовался очень долго (с 20-х годов до 70-х), а занимался комплексно: изучая не только жизнь Грибоедова в Крыму и на Востоке, но также обстоятельства его гибели, художественные произведения и общее влияние на литературу.

Литература.

1. Вьюницкая Л. Н. Здесь жил Грибоедов? // Известия Крымского Республиканского краеведческого музея. Симферополь, 1996. № 14. С. 98–105.
2. Кравцова Л. П. Из истории университета. Архив профессора В. И. Филоненко // Крымский архив. Симферополь, 2010. № 12. С. 56–59.
3. Минчик С. С. Грибоедов и Крым. Симферополь : Бизнес-Информ, 2011. 276 с.


Griboedov’s theme in V. I. Filonenko’s personal archive.

Minchik Sergey Sergeyevich,
PhD, Assistant Professor, Chair of Russian and Foreign Literature, V. I. Vernadsky Crimean Federal University (Simferopol).

Annotation. V. I. Filonenko considered to be one of the most respected orientologist of the USSR. He has published several articles about A. S. Griboyedov. How much materials did Filonenko write about the creator of "Woe from Wit" indeed and what is their place in his heritage? Answering these questions is a purpose of present scientific work. Its content is based on the personal fund of Filonenko, which is stored in the State Archive of the Republic of Crimea.
Keywords: griboedovistic, literary crimeology, archival studies, history of science, orientology.


Источник:
II Междисцип. науч.-практ. конф. молодых ученых по перспективным направлениям развития современной науки «Академик Вернадский» (г. Симферополь, 25 октября 2016 г.). Сб. тезисов. Симферополь, 2016. С. 72–74.





четверг, 14 сентября 2017 г.

Грибоедовский "Рояль" в Крыму.


В этот день в свет вышел свежий выпуск крымской «Литературки». Редактор издания, Татьяна Андреевна Воронина, согласилась напечатать на его страницах мой новый очерк из цикла «Путь к скверу», который посвящен открытию в Симферополе зоны досуга в честь А. С. Грибоедова. С удовольствием предлагаю вниманию Интернет-пользователей текст этого произведения в авторской версии.





ПУТЬ К СКВЕРУ

(из записок грибоедоведа)


Минувшим летом в Ялте прошел опрос, связанный с воссозданием в городе некогда располагавшегося здесь памятника А. С. Грибоедову. Исследование проводили местные власти с целью выяснить у громады, каким должен быть новый-старый монумент и где его лучше соорудить. Тем временем в соседнем Симферополе продолжалась работа над проектом «Грибоедовский сквер». О новых поворотах в его судьбе рассказывает постоянный автор «ЛГ», доцент КФУ имени В. И. Вернадского Сергей Минчик.

РОЯЛЬ

Дождь трудно было назвать сильным, но свинцовое небо подсказывало, что случиться может ровным счетом все. Усевшись на стул близ двери, я прижал к себе свои вещи – и картинка на мгновение заискрилась. Мне вспомнился и этот угол, и сумка с зонтом, потяжелевшие от ливня и рисующие мокрый след. Дело было в шестнадцатом году и тоже в конце весны. Тогда я пришел в приемную, чтобы рассказать о закладочном камне. Сдвигов у нас было немного, а возможность вновь приехать с Агеевым на место будущего сквера казалась вполне удачной. Ну и своевременной. До этого был очередной поход к Мавлютову, которого я встретил на работе затемно, и первый разговор с Шалфеевым. Идея тематического сквера ему пришлась по душе, и он посоветовал встроиться в рабочий процесс по набережной. Я рассказал об этом Виктору Николаевичу, и тот, согласившись, что пора начинать, позвонил ребятам, которые знали, где взять бесхозный гранит. А потом была поездка в Горритуал и, кажется, два броска к нашей поляне. Ездили с Леной – сначала от ТРК, а потом от здания Почты. На месте нам приглянулась пара лужаек, и мы засняли их с моим саквояжем, которому отвели роль будущего камня. Даже успели договориться о надписи и провести субботник, куда пришли муниципалы. Но лето сделало свое дело – и уже в сентябре Лена сказала: «Виктор Николаевич держит вопрос на контроле, но дальше без меня». Я понял, что придется опять подождать.
В этот раз мы встретились случайно, и она удивилась, обнаружив меня в приемной: «У шефа был день рождения и сегодня его все поздравляют». «Значит, приехал вовремя, – подумал я. – С ним кто-то сейчас есть?» Лена скрылась за дверью, но быстро вернулась: «Заходи».
Агеев казался довольным и очень бодрым. Я сел за стол и решил рассказать ему все с самого начала.
«С Леной Поляковой мы взяли паузу где-то в сентябре. Но в конце марта я решил вновь набрать ее и выяснить, что к чему. Она сказала, что в курсе всего теперь Доля – контакт с профильным управлением вы будто бы поручили ему. До Эдуарда я дозвонился в начале апреле, и выяснил, что он так ни с кем и не связывался – потому что архитектор городу пока не назначен, а раз так, то и говорить со строителями смысла вроде как нет. Тогда я решил идти прямиком к Бахареву, с которым встретился третьего числа. Геннадий Сергеевич сказал, что наш проект без архитектора запустить можно – и пообещал подключить Вячеслава Шалфеева. Через пару дней я заглянул в Исполком и оставил Саше Шилко свои рисунки. А уже в воскресенье, четырнадцатого мая, мне позвонил сам Шалфеев. Я, конечно же, удивился, но уже на следующий день, мы встретились. Это было ровно неделю назад. Он вспомнил о нашем разговоре в прошлом году и подтвердил, что сейчас вопрос контролирует лично глава горадминистрации».
Я обошел стол и положил перед Виктором Николаевичем бумажку с шалфеевской схемой: «Есть идея пообщаться с УКСом, чтобы заказчиком сквера выступил бюджет, а МУП возьмет на себя техзадание. Справка же о стоимости в общих чертах готова, и речь в ней идет о сумме в пятьдесят или шестьдесят миллионов». «Таких денег нам никто не даст», – перебил меня Агеев. Я заволновался: «Ну, мне Вячеслав Юрьевич показывал распечатки … Местность он изучил, площади просчитал, а, сравнив с объемами работ в центре города, и прикинул всю сумму». Виктор Николаевич поморщился: «Будь реалистом, наш потолок – миллионов десять. Да к тому же город всю сумму вряд ли достанет». Я смутился, но очень скоро вздохнул с облегчением. «Нам понадобится частник, – продолжал Агеев. – Если мы разрешим поставить ему, например, кафешку, а в договор впишем обязательства по уходу за сквером, все получится. Камень ведь мы заложили?» – «Нет». – «Ну мне ж показывали фотографии». Я улыбнулся: «Это была моя сумка». – «Тогда спустись к Татьяне Свириденко, и она тебе все расскажет». «А кто это?» – спросил я. «Ты что, не знаешь Татьяну Свириденко?» – «Нет». – «Да знаешь ты ее». Агеев взял свой телефон.
Когда мы попрощались, я подумал: то, что в работу вписалось так много разных людей, наверное, даже к лучшему – главное, чтобы теперь все нашли общий язык. Лена объяснила, куда мне идти, и я направился к выходу.
Татьяна говорила по существу, но не без чувств. О местах в городе, требующих внимания, о зелени, которой должно быть больше, о зонах для тематического досуга. О том, какие деревья лучше спилить, что оставить, а где разделиться – громаде и частнику. «Желающие есть?» – недоверчиво спросил я. «Конечно, – сказала Татьяна. – Совсем недавно к нам приходил инвестор, приносил свой проект». – «Можете показать?» Она взяла рулон бумаги и с легкостью развернула его: «Вот детская площадка, это – скамеечки напротив реки, здесь они предлагают поставить памятник, а рядом с ним и свое кафе». К мосту был прижат красочный великан. «Это оно?» – «Да, – кивнула Татьяна. – У нас были условия, и объект стилизовали под рояль». Мне стало спокойно: то, что я видел, подтверждало серьезность затеи. Да и повод для радости, наконец, возник – место вроде одно, а достопримечательностей сразу несколько.
«Геннадий Бахарев поручил готовить техническое задание на проектирование, – сказал я. – Но в МУП «Городские услуги» предлагают сделать заказчиком сквера не частника. Что скажете?» Моя новость застала Татьяну врасплох: «Первый раз слышу». Я понял, что лучше не медлить: «Надо бы послушать друг друга, а то выйдет, как с Ялтой, где хотят воссоздать памятник, копия которого уже есть в Алуште». Она согласилась.
От мысли, что пора уходить, повеяло безнадегой: «Когда я, наконец, слышу все, что хотел – почему именно сейчас мне нужно куда-то спешить?»
Дождь стоял плотной стеной. «В такой день и намокнуть не страшно», – сказал я себе и, прикрывшись зонтиком, смело пошел по лужам. Вода как будто с задором сочилась в ботинки, но мне было не до нее: в памяти кружились МУПы и зоны досуга, а перед глазами то и дело всплывал двухэтажный рояль.
И да – на фото, которые были у Лены, Виктор Николаевич видел не саквояж. Когда мы ездили с ней на лужайки, какой-то камень действительно там стоял.

Сергей МИНЧИК,
г. Симферополь


Источник:
«Литературная газета + Курьер культуры: Крым – Севастополь». № 17 (65). 2017. 14 сентября. С. 2.